Формирование революционных и контрреволюционных сил

история анархизма
Ответить
tenox
Сообщения: 155
Зарегистрирован: 10 мар 2010, 18:47

Формирование революционных и контрреволюционных сил

Сообщение tenox » 05 май 2019, 01:29

В нашей пятой статье о послевоенном революционном кризисе в Германии 1918-1923 гг. мы подробно рассказали об объединении и перегруппировке сторонников революции и контрреволюции. В частности нам удалось показать, что отмежевание Союза Спартака от социал-демократии было слишком поздним и не достаточно последовательным. Мы также установили, что идеология «еврейско-большевистского мирового заговора» была частью мировоззрения контрреволюции и её основоположниками были отнюдь не нацистские силы в 1930-х гг. в Германии.

В конце декабря 1918 г., ещё до того как система советов смогла развиться, благодаря профессиональным политикам из СДПГ-большинства и солдатским советам контрреволюции удалось лишить её власти в пользу социально-реакционной парламентской демократии. Оппортунистическое приспособление НСДПГ и революционных старост к СДПГ-большинства, а также доминирование партийных политиков в советах очень способствовали распространению социал-демократической контрреволюции внутри системы советов. С сегодняшней точки зрения наиболее последовательные революционеры и революционерки должны были выйти из НСДПГ - но не основывать новую политическую партию, - чтобы в первую очередь сформировать революционное движение/фракцию внутри рабочих и солдатских советах. В результате социальные революционеры и революционерки преодолели бы объективно буржуазно-реакционную партийную форму организации и решительно встали бы на организационную основу системы советов. Исходя из этой организационной основы, они могли бы сознательно и последовательно вести борьбу против разрушающей систему советов изнутри партийной политики СДПГ-большинства и НСДПГ и должны были бороться за революционное разрушение государства и отмену товарного производства. Однако нашей сегодняшней позицией мы обязаны тогдашнему опыту. В 1918/1919 гг. наиболее радикальные марксисты и марксистки ещё не смогли развить такую позицию. Эти концепции были разработаны ими в 1920 г. - в то время, когда реальная потенциально революционная система советов была уже разрушена.

Радикальным марксисткам и марксистам ещё во время Первой мировой войны удалось организационно и теоретически отделиться от немецкой социал-демократии и основать организацию Интернациональные социалисты Германии. Во время Ноябрьской революции эта организация была переименована в Интернациональные коммунисты Германии (ИКГ). Отто Рюле, который позднее стал деятелем движения коммунизма рабочих советов, в то время был ведущим активистом ИКГ в Дрездене. Теоретик, который позже выразил идею о том, что все революционные группы должны войти в систему советов, первым порвал с реальной системой советов в Германии, которая была деформирована СДПГ-большинства и НСДПГ. Дрезденская организация ИКГ уже 16 ноября 1918 г. вышла из местного рабочего и солдатского совета на том основании, что опыт одной недели показал ей, что контрреволюционные тенденции СДПГ-большинства и НСДПГ несовместимы с революционными коммунистами и коммунистками. Мы далеки от того, чтобы поспешно назвать такой поступок проявлением сектантства. В определённый момент революционная фракция или движение внутри нереволюционной организации может только порвать с ней для того, чтобы самой не стать фиговым листком контрреволюции. Было ли это на самом деле так в Дрездене, мы не можем сказать.

Союз Спартака все ещё действовал в рамках НСДПГ. Во время Ноябрьской революции Союзу Спартака и ИКГ удалось создать организации в крупнейших городах Германии. Внутри Союза Спартака стала постепенно также назревать необходимость организационного разрыва с НСДПГ, в отличие от центристского левого крыла НСДПГ революционных старост, которые не желали организационно и идеологически порвать с социал-демократией. Революционные старосты под руководством Мюллера на словах выступали за систему советов как органов диктатуры пролетариата и против парламентской демократии, но в действительности приспосабливались к демократической контрреволюции.

Выдающий себя за революционера социал-реформист Мюллер подытожил разницу между центризмом и революционным течением следующим образом: «В декабре 1918 г. состоялись неоднократные совещания между лидерами Союза Спартака и лидерами старост. Был найден путь, который должен был привести к улучшению сотрудничества во время совместных акций и улучшению организационной сплоченности. Был также обсужден вопрос о необходимости отделения от НСДПГ и основания новой партии. Руководители Союза Спартака посчитали это абсолютно необходимым, в то время как лидеры старост не хотели расставаться с теми, кто все еще шли за лидерами правого крыла, но вскоре могли бы перейти на левый фланг. Они отвергали каждый шаг, который мог отделить их от масс». (Рихард Мюллер, Der Bürgerkrieg in Deutschland (Гражданская война в Германии, Издательство Olle & Wolter, Западный Берлин 1974 г., стр. 86.)

Пролетарские революционеры и революционерки и их сторонники из мелкой буржуазии никогда не должны оппортунистически приспосабливаться к ещё не революционному большинству пролетариата, а должны действовать в соответствии с необходимостью обострения классовой борьбы и радикализации сознания. Как могут революционерки и революционеры убедить своих сестёр и братьев по пролетарскому классу в том, что необходим полный разрыв с социал-демократией на теоретическом и организационном уровне, если они сами не в состоянии это осуществить?!

Руководство Союза Спартака совершило это размежевание с НСДПГ слишком поздно и очень непоследовательно. В конце декабря 1918 г. в Берлине Союз Спартака и ИКГ объединились, чтобы сформировать Коммунистическую партию Германии (Союз Спартака) [КПГ(СС)]. Антинациональная социалистическая партия (АСП), возглавляемая Францем Пфемфертом, также присоединилась к новому образованию. Разрыв с социал-демократической традицией на этом партийном съезде был не таким последовательным, как это было необходимо с сегодняшней точки зрения, но гораздо более последовательным, чем считало руководство самого Союза Спартака. Учредительный съезд КПГ(СС) воспроизвёл организационную форму партии и непоследовательность радикального марксизма в вопросе отношения к государству. Между руководством партии вокруг Люксембург и Либкнехта и радикальным базисом не было разногласий в вопросе революционного свержения социал-демократического режима Эберта. Однако даже самые радикальные представители и представительницы марксизма в то время выступали не за разрушение государства, а за создание «рабочего» государства, которое Роза Люксембург называла так, вдохновлённая примером большевистского правительства Ленина и Троцкого. Однако такого рода «рабочее» государство на практике могло быть всего лишь госкапиталистическим режимом.

Идея о необходимости захвата власти со стороны КПГ(СС) была также результатом консенсуса между руководством партии и базисом. Ещё до основания партии Роза Люксембург сформулировала свой взгляд на этот вопрос, который заключался в следующем: «Союз Спартака никогда не возьмет на себя правительственной власти иначе, как в результате ясно выраженной, недвусмысленной воли огромного большинства пролетарской массы всей Германии.» (Роза Люксембург, Чего хочет Союз Спартака? 1918 г.) Многие анти-ленинистские марксисты и марксистки используют эту цитату, чтобы подчеркнуть теоретические противоречия между Люксембург и Лениным. Мы, сторонники и сторонницы постмарксистского и постанархистского коммунизма, находим это разделение совершенно неправильным. Люксембург и Ленин, как и все радикальные марксисты и марксистки того периода, представляли социальную революцию, как процесс захвата государственной власти со стороны «рабочей» партии. Однако даже самые радикальные «рабочие» партии могут быть только буржуазными, а наиболее последовательные «рабочие» государства всего лишь госкапиталистическими режимами. То, что Люксембург хотела завоевать политическую власть только с согласия большинства пролетариата, не выражает её принципиальной оппозиции к Ленину. Октябрьская революция была государственным переворотом, во время которого большевики на начальной стадии опирались на пролетарский и мелкокрестьянский массовый базис. Разумеется, этот массовый базис зиждился на иллюзиях к большевикам. Когда революционный пролетариат утратил иллюзии к большевизму, он был контрреволюционно подавлен последним. Несмотря на всю критику большевиков, Люксембург, как и все радикальные марксисты, марксистски и многие анархисты того времени, в принципе приветствовала Октябрьскую революцию. Таким образом KПГ(СС) объективно стремилась, опираясь на пролетарский массовый базис, завоевать политическую власть посредством государственного переворота. Объективно это была реакционная тенденция и развитие такого рода сценария в Германии, как мы подробно объяснили в нашей статье Ноябрьская революция часть 1, часть 2, было невозможным. В Германии была возможна только или победа буржуазной контрреволюции или настоящей социальной революции, т.е. разрушение государства и отмена товарного производства как пролога к мировой революции. Но КПГ(СС) воспроизводила госкапиталистическую идеологию партийного марксизма. Это значит, что даже самые субъективно радикальные революционеры и революционерки ещё не ясно представляли сущность социальной революции. Таким образом в конце 1918 г. в Германии субъективные предпосылки для победоносной социальной революции, т.е. наличие революционного пролетариата не существовали.

В конце декабря 1918 г. на учредительном съезде КПГ(СС), несмотря на то, что руководство вокруг Люксембург, Либкнехт и Леви воспроизводило госкапиталистические реакционные тенденции марксизма, радикальному базису удалось предотвратить воспроизводство парламентаризма. Партийный центр вокруг Люксембург представлял псевдодиалектическую точку зрения, согласно которой наилучшей борьбой против Национального собрания как символа контрреволюционной демократии будет участие коммунистов и коммунисток в качестве конкурентов в избирательном цирке. Парламентаризм, наряду с госкапиталистическими тенденциями, был одним из самых реакционных составных частей социал-демократического партийного марксизма, которую воспроизводил партийный «коммунизм». Позиция Люксембург на учредительном партийном съезде не отличалась особо от позиции Ленина, зато имелись принципиальные разногласия между обоими радикальными социал-демократами и коммунистическим базисом партии. Опытные марксистские интеллектуалы, такие как Отто Рюле, и молодые пылкие революционеры и революционерки не дали Люксембург и компании на партийном съезде навязать себе на шею затхлый парламентаризм. Парламентаризм как часть партийномарксистской тактики был и остаётся как в нереволюционное, так и в революционное время социально-реакционным. Парламентаризм превращает пролетариев и пролетарок в бравых демократических подданных и в серое стадо избирателей, которые своим голосованием уполномочивают характерные маски капитала на правление. Парламентаризм делает из социал-демократических профессиональных политиков самых подлых, мерзких и отвратительных лакеев буржуазии. Партийный коммунистический базис КПГ(СС) 62 голосами против и 23 за предотвратил участие партии в выборах в Национальное собрание.

В вопросе отношения к профсоюзам между партийной бюрократией и базисом партии также имелись большие разногласия. Люксембург предпочитала якобы «революционную работу» в существующих социал-демократических профсоюзах, которые уже во время войны и Ноябрьской революции открыто показали своё социально-реакционное лицо. Классово-боевые и революционные пролетарии и пролетарки тогда массово покинули эту контрреволюционную организацию. Коммунистический базис КПГ(СС) уже на учредительном съезде выступил против левого социал-демократического руководства вокруг Люксембург и отстаивал лозунг «Выходи из профсоюзов!», который полностью соответствовал если не сознанию большинства пролетариата, то потребностям революционной ситуации. Однако революционеры и революционерки должны выражать необходимость классовой борьбы, а не социально-реформистское состояние отсталых слоёв пролетариата. Возникшие в конце 1919 г. революционные промышленные союзы, которые теоретически опирались на радикальный марксизм, также поддержали в этом вопросе радикальный базис КПГ, а не партийную бюрократию. Если по профсоюзному вопросу также было бы проведено голосование, то левоцентристское крыло вокруг Люксембург опять потерпело бы поражение. Но Роза Люксембург, использовав свой опыт давнего социал-демократического политика, смогла перенести голосование по профсоюзному вопросу на следующий съезд, во время которого фактически произошёл окончательный раскол партии.

Таким образом на учредительном съезде КПГ(СС) произошёл раскол на субъективно революционное крыло и левоцентристское крыло вокруг Люксембург. Субъективно революционное крыло смогло проводить свою линию в партии над центристским крылом только в течение десяти месяцев. Партия объективно не может быть революционной формой организации, поэтому мы не рассматриваем молодую КПГ как революционную организацию, однако в течение нескольких месяцев она была также промежуточной стадией для наиболее радикального крыла марксизма, и поэтому она также является частью нашей традиции. В свою очередь для левого социал-демократического и «коммунистического» партийного марксизма принципиальный антипарламентаризм учредительного партийного съезда КПГ является большой неприятностью. До сегодняшнего дня это выражается в неуместных оскорблениях в адрес радикально-марксистского базиса КПГ, таких как «анархисты», «синдикалисты», «путчисты», «ультралевые».

Правоцентристские революционные старосты потребовали тогда от левоцентристского руководства КПГ вокруг Люксембург как условие своего вступления в КПГ отменить антипарламентское решение партийного съезда. Кроме этого, старосты потребовали половину должностей в совете партии. Но в то время центристская бюрократия КПГ ещё не стремилась превратить партию в «К»ПГ. Поэтому наглое требование «революционных» старост было отвергнуто руководством КПГ. Позже правый центрист Рихард Мюллер также выступил против революционного партийного базиса КПГ: «Конференция, которая стала учредительным съездом Коммунистической партии (КПГ), взяла курс, которого Роза Люксембург не ожидала. Большинство присутствующих выражали анархистско-синдикалистско-путчистские убеждения, против которых Роза Люксембург напрасно боролась». (Рихард Мюллер, Der Bürgerkrieg in Deutschland (Гражданская война в Германии), Издательство Olle & Wolter, Западный Берлин 1974 г. стр. 88.) Правый центрист Мюллер совершенно несправедливо называет радикально-марксистский базис КПГ(СС) «анархистским». Тот факт, что многие марксистские рабочие, работницы и интеллектуалы также выступали против социал-демократического парламентаризма, просто игнорируется Мюллером.

Действительно, после антипарламентского голосования на учредительном съезде КПГ(СС) анархисты и синдикалисты также ненадолго вступили в КПГ, но надо заметить, что до 1919 г. синдикализм в Германии находился под сильным влиянием радикального марксизма. В появившейся в довоенной Германии Свободной ассоциации немецких профсоюзов (САНП) анархизм был идеологическим течением меньшинства. Во время Первой мировой войны Свободная ассоциация была запрещена. После реорганизации, во время Ноябрьской революции в САНП доминировало радикально-марксистское крыло, которое проявило солидарность с учредительным съездом КПГ(СС) и показало себя сторонником диктатуры пролетариата. К сожалению, доминирование радикального марксизма в Свободном союзе в течении 1919 г. удалось заменить гремучей смесью анархо-синдикалистской идеологией.

В то время как после Ноябрьской революции наиболее радикальные революционные силы были организованы в рабочих и солдатских советах, в КПГ(СС) и в Свободном союзе, контрреволюция была сгруппирована вокруг социально-реакционного альянса из СДПГ-большинства и Высшего командования армии (ВКА). По своей сути в этот контрреволюционный альянс входили сторонники и сторонницы демократии, свергнутой монархии и предвестников фашистских организаций. СДПГ-большинства представляла демократическое крыло контрреволюции, в то время как военные и уже организованный в ноябре/декабре и впервые использованный в Берлине в январе 1919 г. фрайкор сформировали постмонархическое предфашистское крыло. Эти два крыла в 1918-19 г. были необходимы друг другу. Без разложения системы советов изнутри со стороны СДПГ-большинства и правого крыла НСДПГ только голым насилием было бы невозможно сдержать порыв классово-боевого пролетариат во время острой фазы послевоенного революционного кризиса. Во время этого периода ни реставрация монархии, ни открытая военная или даже фашистская диктатура не могли быть установлены. Однако благодаря демократическим иллюзиям широких слоёв пролетариата демократия смогла утвердить себя в качестве политической формы контрреволюции. Несмотря на это, значительное меньшинство пролетариата (левое крыло НСДПГ, КПГ(СС) и Свободный союз) после обезвреживания советов изнутри со стороны политиков СДПГ-большинства более или менее последовательно продолжили борьбу против контрреволюционной демократии. И против этого значительного меньшинства был необходим голый контрреволюционный террор, т.е. альянс СДПГ-большинства с постмонархическим предфашистским крылом реакции.

В этом союзе с постмонархическими предфашистскими силами контрреволюционной социал-демократии большинства удалось победить классово-боевой пролетариат Германии, но в то же самое время она дала своим фашистским могильщикам в руку лопату, которой они и мирно положили СДПГ в 1933 г. в разрытую нацистами могилу. СДПГ целовала руку, которая позже её задушила. Это и есть диалектика демократической постмонархической предфашистской контрреволюции 1918-19 гг.

Наряду с СДПГ-большинства, правым крылом НСДПГ, профсоюзной бюрократией, военщиной и фрайкором возникли также другие контрреволюционные организации. Так, 19 ноября 1918 г. был образован Гражданский совет Большого Берлина, который представлял интересы банков, торговой и экспортной промышленности. Во время Ноябрьской революции появилась также основанная фанатичным ненавистником евреев Эдуардом Штадлером и получившая щедрую поддержку буржуазии Антибольшевистская лига. Основной идеологией этой организации была система идей о «еврейско-большевистском мировом заговоре».

Евреи и еврейки в Германии в то время были более или менее ассимилированы - в отличие от Восточной Европы, где особенно в царской России и Польше капитализм был все ещё экономически слишком слабо развит, чтобы ассимилировать евреев, и где бушевал смертельный антииудаизм. Миграция восточноевропейских евреев в Западную Европу, Северную Америку и Палестину с самого начала подпитывала как расовую конкурентную идеологию антииудаизма, так и еврейский национализм - сионизм. Однако в Российской империи и в Польше развился также и сильный классово-боевой еврейский пролетариат. Многие радикальные еврейских рабочие, работницы и интеллектуалы временно или навсегда эмигрировали в Западную Европу (Роза Люксембург, Лев Троцкий, Карл Радек, Лев Йогихес, Евгений Левине, Макс Левин).

Контрреволюционные подстрекатели - включая членов СДПГ-большинства - пытались изобразить революционерок и революционеров в Германии «большевистско-азиатско-еврейскими» ордами, которые были «инородным телом в немецком культурном народе». Эта националистическая расистская пропаганда во время контрреволюции 1918-1919 гг. стала духовным источником для последующего национал-социализма, немецкого варианта фашизма. Так, 12 января 1919 г. в центральном органе социал-демократической партии Vorwärts (Вперёд) был опубликован антикоммунистический, расистский и антиеврейский стих, который был пропитан идеологией «еврейского большевизма», при этом большевистские функционеры Троцкий и Радек назывались своими малоизвестными еврейскими именами:

«Я видел массы смертоносных полчищ,
Они следовали за Карлом (Либкнехт), слепым Хёдом,
Они танцевали под дудку крысолова,
Который лицемерно им весь мир пообещал.
Они опускались на колени перед кровавыми идолами
Заслуживая насмешки человечества,
Перед азиатами и монголами России,
Перед Брoнштейном (Троцкий), Люксембург и Собельзоном (Радек).
O, поверните вы враждебные орды!
Вы призываете к свободе только для того, чтобы задушить её.»
(Vorwärts № 34, 12.1.1919 г.)

Нет, не нацисты изобрели легенду о «еврейском большевизме». Националистическая расистская пропаганда была идеологическим музыкальным сопровождением к кровавому контрреволюционному террору во время послевоенного революционного кризиса. Контрреволюция также создала обширную сеть информаторов и провокаторов.

Конечно, более радикальные силы в системе советов также пытались сформировать вооружённые формирования как органы диктатуры пролетариата. Левый член НСДПГ и революционный староста Эрнст Доймиг ещё 12 ноября 1918 г. на заседании Исполнительного комитета внес предложение о формировании Красной гвардии. Доймиг выиграл голосование в Исполнительном комитете по этому вопросу, 13 ноября должна была начаться мобилизация рабочих, которые умели обращаться с оружием. Однако СДПГ-большинства удалось мобилизовать солдатские советы против формирования Красной гвардии. В то время как СДПГ-большинства изнутри препятствовала вооружению советов, снаружи она через свой союз с военным командованием подготавливала контрреволюцию. Однако, поскольку к началу Ноябрьской революции в Берлине ещё не было надёжных контрреволюции войск, СДПГ-большинства под руководством Отто Вельса сформировала социально-реакционную Республиканскую солдатскую оборону (РСО). 11 ноября 1918 г. в противовес РСО была образована Народная морская дивизия, которая находилась под влиянием НСДПГ.

В дополнение к Народной морской дивизии, возникли ещё более радикальные близкие к Союзу Спартаку, а затем КПГ(СС) формирования, а именно Союз красных солдат и Союз отпускников и дезертиров. Находящийся в состоянии кризиса немецкий капитализм был не в состоянии интегрировать в производственный процесс возвращающихся со фронта солдат. Единственная потенциально революционная система советов также имела решающий недостаток, заключающийся в том, что она не смогла организовывать неработающие слои пролетариата (безработные, возвращающиеся с фронта солдаты, домохозяйки из пролетарских семей) в пролетарские районные комитеты по месту жительства. Союз Спартака, а затем и КПГ(СС) также пытались посредством уличных акций организовать неработающих пролетариев и пролетарок, при этом также возникали кровавые конфликты между Союзом красных солдат и вооружёнными силами контрреволюции.

Вот что писал по этому поводу оппортунист Рихард Мюллер: «Поскольку Союз Спартака не имел достаточной связи с рабочими массами на производстве, он перенёс свою деятельность почти исключительно на улицы и на общественные собрания. Посредством листовок и речей он стремился продвигать массы вперёд. При этом Либкнехт развил действительно сверхчеловеческие силы. В многих случаях вокруг ораторов Союза Спартака собирались частично безработные, а также уклоняющиеся от работы, которые после четырёх лет войны не могли найти себе упорядоченную деятельность. Мы не говорим о тех безработных, которые, несмотря на все их усилия, не могли найти работу. Союз красных солдат и Союз отпускников и дезертиров также были постоянными спутниками этих акций Союза Спартака. По отношению к этим группам старосты выражали наибольшее недоверие.
У старост не было никаких возражений против уличной тактики самого Союза Спартака; они были за то, чтобы улица также использовалась для развития революции. Но листовки, распространяемые Союзом красных солдатов и самим Союзом Спартака, и публичные выступления зачастую прямо и косвенно призывали к насильственным действиям против правительства и особенно против Vorwärts. Старосты знали, что за Союзом красных солдатов и за отпускниками и дезертирами не было никакой реальной силы. Если эти группы совершали отдельные террористические акты или совершали другие «действия», то рабочие массы на фабриках отклоняли это, и старостам приходилось с трудом устранять нанесённый ущерб.

Отпускники и дезертиры неоднократно требовали от Исполнительного комитета выплаты крупных сумм денег, предоставления помещения и тому подобное. Председатель Исполнительного комитета Рихард Мюллер отвергал любую поддержку, потому что он знал, что стоит за этими людьми. Во время январских боев правление отпускников и дезертиров обратились к Носке, получило «задаток» и пообещало взамен увести своих людей с улиц. (Рихард Мюллер, Der Bürgerkrieg in Deutschland (Гражданская война в Германии), Издательство Olle & Wolter, Западный Берлин 1974 г. стр. 88.)

В повествованиях квалифицированного рабочего Мюллера отчётливо видно, что он сильно воспроизводил марксистские предрассудки по отношению к неработающим слоям пролетариата, к так называемому люмпен-пролетариату. Мы не идеализируем и не осуждаем как верхние слои пролетариата (квалифицированные рабочие и работницы), так и низшие слои (неквалифицированные рабочие, домохозяйки и домохозяева в пролетарских семьях, безработные и бездомные). Для победы социальной революции необходимы как стихийное возмущение - которое в то время было более распространено среди низших слоёв, - так и пролетарская самодисциплина, которая более распространена в верхних и средних слоях пролетарского класса. Как избыток дисциплины среди большинства рабочего класса, так и определённая сверхактивность пролетарского меньшинства препятствовали продолжению революции.

В то время как у верхних слоёв пролетариата были и остаются сильные тенденции омелкобуржуазивания, в его самых низких слоях можно встретить сильные тенденции социальной заброшенности. Пролетарское уличное движение, ядром которого является массово бастующие рабочие и работницы, может и должно включить в себя также социальную активность не занятых наёмным трудом пролетариев и пролетарок. Но правый центрист, ведущий «революционный» староста и верховный представитель Берлинского совета Рихард Мюллер не желал и был не способен сделать это. Он возился и вёл тайные переговоры с СПДГ-большинства, а не с неработающими слоями пролетариата, чтобы создать пространство для их действия в системе советов. В результате этого он толкал некоторых социально отчаявшихся, возможно также несколько опустившихся людей, в стан противников революции.

Части военной контрреволюции уже 6 декабря 1918 г. хотели разрушить систему советов. В этот день отряд гвардейского полка Франца-Фердинанда под командованием фельдфебеля Фишера попытался арестовать членов Исполнительного комитета рабочих и солдатских советов Большого Берлина. Фишер утверждал, что действует по приказу правительства Эберта. На это члены Исполкома потребовали от него удостоверение и письменное распоряжение. Однако Фишер не смог предъявить их. Вслед за этим возник спор, продолжавшийся до тех пор, пока не появился член правительства от НСДПГ Эмиль Барт, который заявил, что он представляет правительство и ничего не знает о таком ордере. После этого Фишер отказался от своего плана.

В этот же день 6 декабря 1918 г. произошли вооружённые столкновения между формированиями Союза красных солдат и Союза отпускников и дезертиров, с одной стороны, и военной контрреволюцией, с другой. За неделю до этого солдатский совет Берлина, в котором доминировали представители СДПГ-большинства, отказался принять в совет делегатов от обоих союзов. После этого в день св. Николая в Берлине начался зарегистрированный митинг протеста и демонстрации дезертиров, которые были вооружены. В то же самое время стала распространяться информация о попытке правого переворота в столице. Отто Вельс приказал своей Республиканской солдатской обороне для защиты правительственного квартала оцепить Шоссештрассе. В результате между революционными демонстрантами и реакционными солдатами развернулась вооружённая борьба, в результате которой 16 революционеров были убиты и 12 получили тяжёлые ранения.

23 декабря 1918 г. контрреволюционные подразделения обстреляли демонстрацию Народной морской дивизии. Один матрос погиб. 24 декабря члены правительства, так называемого «Совета народных уполномоченных», от СДПГ-большинства Фридрих Эберт, Отто Ландсберг и Филипп Шейдеманн, не посовещавшись с членами правительства от НСДПГ, отдали приказ военным открыть огонь из артиллерии по месту дислокации и конюшням Народной морской дивизии. Однако дивизия получила поддержку со стороны вооружённого пролетариата. В результате контрреволюция потерпела поражение. Всего в рождественских боях 1918 г. погибли 11 матросов и 56 солдат контрреволюционных войск.
За социальную, антиполитическую и антинациональную самоорганизацию пролетариата!
http://tenox.livejournal.com/

Аватара пользователя
павел карпец
Сообщения: 2713
Зарегистрирован: 23 дек 2013, 18:39

Re: Формирование революционных и контрреволюционных сил

Сообщение павел карпец » 05 май 2019, 06:54

Классовая борьба — застывший догмат веры всех социалистов и даже многих анархистов. Ужасные последствия широкого распространения и применения этой несостоятельной в научном отношении теории в темных народных массах России, мы видим и переживаем
Цитата Атабекяна - одна из любимых цитат моего друга ясеня , чья годовщина виртуальной высылки с ЕФА прошла намедни . И вот что , tenox , я подумал . Ты не знаешь почему ясенъ совершенно никак не реагировал на классовую борьбу Тенокса ?
У тебя-же , как-бы радикальный подпись-девиз за самоорганизацию пролетариата , потом постоянные анализы-подсказки, как пролетарским (о! чем-же , они отличаются от социальных? ) революционеркам и революционерам (tenox почему-то мужиков-революционеров пишет впереди баб-революционерок) правильней себя надо было вести во время классовой борьбы в России 1917-1921гг. , ну и т.д. И вот я думаю , почему-же смутьян ясенъ как будто совсем не замечал , что ты здесь на ЕФА отписываешь ?
Скажем , если-бы , например , я или там Kredo , скажем , хотя-бы слегка намекнули про классовую борьбу пролетариата - то ясенъ уже с Москва-реки всё видит и ну быстрей нам цитировать Атабекяна - всю здешнюю анком-фракцию заебал он этим Атабекяном...
А Тенокса , смотрю , ясенъ как будто вообще в упор не видел - раз , только , за восемь лет , в ответ что-то про профсоюзы буркнул и молчок...
Вот как это объяснить ? Тебя и Роскомнадзор на ЖЖ не трогает и ясенъ , смутьян наш , Атабекяна tenox'у не цитировал . По-землячески , может быть , тебе от него скачуха была ? А ведь ясенъ , простите за тафтологию , ненавидел классовую ненависть и боролся с классовой борьбой...
Тенокс , как ты умудряешься обходить всех этих супостатов ? Поделись своими пропагандистскими секретами .

Ответить

Вернуться в «История»